znai-svoi-prava@yandex.ru \ zsp-2017@yandex.ru

Архив: № 8 (47) 2012 г………………. ПРАВО НА ОШИБКУ

ПРАВО НА ОШИБКУ

Нотариус, который сегодня занимается частной практикой, не может нести ответственность за государственный нотариат

автор (на фото): Андрей БЕРЛОВ, президент нотариальной палаты

Житель Благовещенска, некий гражданин Н., решил продать свой гараж, но вдруг обнаружил в документах ошибку. Оказалось, что в договоре купли-продажи, заключенном еще в 1988г., номер квартала, где находится гараж, указан неверно – нотариус вместо буквы написал цифру. Теперь из-за допущенной ошибки нельзя ни получить кадастровый паспорт, ни оформить новый договор купли-продажи. Ситуация хоть и неприятная, но вполне разрешимая с помощью судебного спора. Казалось, все достаточно просто, но на самом деле история длится почти год. Уже Благовещенский городской суд вынес свое решение, уже подана апелляция, которая его отменила, которую в свою очередь отменил президиум Амурского областного суда. За это время желание гражданина исправить цифру переросло в желание получить от нотариуса сначала 18 тысяч рублей, а теперь уже и все 100 тысяч. Маленькая проблемка становится все больше и больше.  Возникает вопрос: на каком этапе произошел сбой и как теперь все разрешить?

История началась в 1988г., когда действовал Гражданский кодекс РСФСР. В нем были расписаны все действия нотариата. В частности, Кодекс определял действия, связанные с куплей-продажей, требующие нотариального заверения. Тогда этим занимались государственные нотариусы, которые входили в штат отдела министерства юстиции Амурской области.

В 2011г., когда обнаружилась ошибка, государственных нотариусов уже в Амурской области не было – все нотариусы перешли в разряд частнопрактикующих. Наш гражданин пришел к тому самому человеку, который когда-то оформлял его договор, и потребовал исправить допущенную ошибку. Нотариус пояснила, что сделать это она не вправе, т.к. сейчас находится в другой ипостаси – является частнопрактикующим нотариусом. Частнопрактикующие нотариусы не несут ответственности за ошибки, допущенные государственным нотариусом, даже если это был один и тот же человек. А раз нет возможности устранить допущенное нарушение, то нужно обратиться в суд с заявлением об устранении ошибки в документе.

Не те

требования

В принципе, человек так и поступил – обратился в суд.  Но в исковом заявлении он указал требование не «устранить препятствие, связанное с опиской», а «признать незаконным отказ», сделанный, по его мнению, нотариусом. При этом как такового отказа в совершении нотариального действия не было, а было письмо нотариуса с пояснениями. Отказ может быть сделан только в отношении заявленного требования о нотариальном действии, перечень которых содержится в «Основах законодательства РФ о нотариате» (1993г.). А исправление описки не является нотариальным действием, поэтому и отказа в его совершении быть не могло с процессуальной точки зрения. Поэтому Благовещенский городской суд и не удовлетворил требования истца, что совершенно справедливо.

По идее, гражданину надо было бы изменить требования в исковом заявлении, но вместо этого он подал апелляционную жалобу в вышестоящую инстанцию. Судебная коллегия по гражданским делам Амурского областного суда отменила решение городского суда. При этом коллегия признала несуществующий отказ незаконным и обязала частнопрактикующего нотариуса исправить ошибку государственного. Само определение коллегии не стоило бы особого внимания, если бы не нюанс – одним из судей коллегии и докладчиком по делу была бывший нотариус Н.В.Гроза.  Надежда Владимировна достаточного много лет проработала в нотариате и не должна бы спутать государственного нотариуса с частнопрактикующим. Но именно так и было сделано. Думать о том, что по каким-то причинам судья таким образом попыталась «насолить» бывшим коллегам, как-то не хочется… Но как бы то ни было, госпожа Гроза подписалась под таким странным решением коллегии.  В русло законности ситуацию вернул президиум областного суда, который его отменил и оставил в силе решение городского суда.

Но гражданин Н. на этом не успокоился и продолжил судебные тяжбы, обратившись в Благовещенский городской суд с новым исковым заявлением. На этот раз он посчитал, что действия нотариуса причинили ему физические и моральные страдания. Вред здоровью выразился в виде депрессии, стресса и нервного срыва, а моральный – в виде ощущения дискомфорта и неловкости, гнева и обиды, унижения и беспокойства. Используя специальные методики по исчислению степени морального вреда, гражданин потребовал компенсацию в 100 тысяч рублей. Исследуя обстоятельства дела, суд пришел к выводу, что доказательства наличия причинно-следственной связи, ставшей причиной ухудшения состояния здоровья гражданина, не представлены. В связи с этим суд законно и обоснованно в удовлетворении исковых требований отказал.

Нежелание

признавать ошибки

Наш гражданин не стал останавливаться и на этом. Он вновь подал апелляционную жалобу, и теперь процессу не видно конца. Что же гражданин имеет в результате? В положительном  – только гонорар, полученный его представителем. В отрицательном  – все остальное. Это и нерешенный вопрос об описке, потраченные время, нервы. А ведь можно было все решить уже на этапе первой инстанции, если бы суд предложил уточнить предмет иска, или на этапе апелляционной инстанции, если бы экс-нотариус (ныне облаченный в судебную мантию) вместе со своими коллегами оставила бы в силе решение городского суда или отправила дело на новое рассмотрение. Есть предположения и по поводу действий представителя. Довольно странно, что он не посоветовал своему клиенту обратиться в суд не в порядке гражданского, а в порядке процессуального судопроизводства. Тогда все препятствия были бы устранены без труда, описка была бы легко исправлена. Но при этом представитель вряд ли бы получил свои денежки.

А еще проще было бы, если гражданин обратился бы за помощью в правление нотариальной палаты или напрямую ко мне как к ее президенту. Человек получил бы подробную консультацию, и все закончилось бы гораздо быстрее.

За чей счет банкет?

Увы, но тема судебных решений по нотариальным делам требует отдельного разговора. В данном случае – апелляционная инстанция принимает решение, смысл которого следующий. Да, частнопрактикующий нотариус не состоит в штате государственного органа, в частности юстиции, в штате которой находятся государственные нотариусы. Но она носит ту же фамилию, также работает нотариусом, поэтому могла внести соответствующие изменения в договор. При этом не взяты во внимание, что имеют место разные печати, разная ответственность, разные полномочия и что сегодня существует совершенно другой порядок данного действия. Видимо, судьи этот вопрос не изучили как следует. Исправление ошибок и описок в любом документе, которые были совершены госнотариусами, производятся только по решению суда в порядке особого производства. То есть суд должен был установить факт описки и определить: «считать ее исправленной» или «читать вот так». Других способов с момента появления частного нотариата, как самостоятельного органа, не существует.

И это судьям должно быть известно, особенно Надежде Владимировне Гроза. Не знаю, куда смотрели двое остальных судей. Обязать частнопрактикующего нотариуса устранить ошибку, сделанную государственным нотариусом 24 года назад, и за это взыскать еще и представительские расходы – смешнее не придумаешь! Все-таки перед тем, как слушать дело, надо к нему готовиться. Просто так садиться втроем и выносить неподготовленные решения – это бьет и по имиджу судейского корпуса, показывая его безграмотность, и по имиджу нотариата. Описка может произойти со всеми, все мы ошибаемся.  Если почитать тексты судебных постановлений, там можно найти такие ошибки – не  приведи Господь!  И почему из-за элементарной описки нотариус подвергается наказанию, зачем создается почва для сомнения в отношении законности любого нотариального действия – непонятно. Такое ощущение, что для кое-кого нотариат – это Клондайк, с которого можно «рубить бабки». Странно, что формированию такого мнения способствует наша судебная система. Зачастую нотариусам предъявляются совершенно необоснованные претензии с материальной основой, и судам надо бы их отличать от законных требований. При правильном рассмотрении дела люди бы не тратили время и деньги на представителей, не было бы агрессии в адрес нотариусов. Пример – данное дело, которое из ряда легких беспроигрышных дел об исправлении ошибки по воле Фемиды превратилось в сплошной «снежный ком».

С учетом вышеизложенного хочется надеяться, что при работе в новых условиях изменяющегося законодательства судебная система Амурской области в состоянии найти верные пути решения указанных проблем.

 

Оставить комментарий