znai-svoi-prava@yandex.ru \ zsp-2017@yandex.ru

Архив: № 7 (70) 2014 г.
Плохой мир лучше хорошей войны -2

Продолжение. Начало в № 6, 2014г.

В дополнение к «комнате примирения», открытой в Арбитражном суде Амурской области, председатель Амурского областного суда Сергей СЕМЕНОВ предложил поставить «лавки примирения»

Павел БЕЛОУСОВ, председатель Совета судей Амурской области:
— Я бы хотел выразить искреннюю признательность Светлане Александровне (Антоновой, председателю Арбитражного суда Амурской области – прим. ред.) и ее коллегам за такой серьезный шаг – открытие «комнаты примирения» – в деятельности судебной системы. Вы все знаете выражение «худой мир лучше доброй ссоры». Благодаря вам мы надеемся, что это войдет в повседневную практику и действительно стороны научатся договариваться.

Валерий ШЕСТОПАЛОВ, начальник управления судебного департамента в Амурской области:
— Я думаю, что эта мысль правильная, очень хорошо, что «комната примирения» открыта. Самое главное теперь – набирать опыт, практику. Думаю, что все получится. И от нас скромный подарок – книги.

Семенов сайтСергей СЕМЕНОВ, председатель Амурского областного суда (на фото):
— Валерий Анатольевич, когда мы в судах общей юрисдикции начнем хотя бы «скамьи примирения» ставить? Комнаты у нас нет, к сожалению. Мы победнее – давайте хотя бы лавки примирения поставим…

Валерий ШЕСТОПАЛОВ:
— В судах общей юрисдикции, где решаются семейные споры, гражданские, проблема примирения еще более остра. Я с вами согласен, надо этот вопрос решать.

Сергей СЕМЕНОВ:
— Коллеги, давайте в городе найдем приемлемое место, чтобы люди могли там уединяться. Профинансируем этот проект. Есть в городах такой опыт, где ставят «скамьи примирения», потому что в суд у нас все-таки боятся ходить – это факт. Это наследие нашего прошлого, хотя мы все делаем для открытости судов. Стараемся людям объяснять, что даже денег не надо в суд носить, как нам пытаются некоторые навязать – взятки и прочее-прочее. Все намного проще, мы профессионалы и мы это знаем. Но тем не менее люди боятся, поэтому, может, с помощью общественности – придумать и поставить скамью для примирения. Беремся за этот проект?

Антонова сайтСветлана АНТОНОВА, председатель Арбитражного суда Амурской области (на фото):
— С удовольствием. Прекрасное предложение – это очень даже символично. Может быть, с помощью средств массовой информации объявим лозунг, кинем клич – и установим такую лавку.

Сергей СЕМЕНОВ:
— И медиаторы должны помогать нам, потому что это– одно из средств привития культуры медиации. Такие символические знаки должны быть.

Людмила БЛИНОВА, экс-председатель Арбитражного суда Амурской области:
— К сожалению, закон не предусматривает, что работать медиаторами могут судьи в отставке. Не нужно нам платить вознаграждение. Судьи в отставке обладают определенными профессиональными знаниями, конечно, это помогло бы. Но если нужна какая-то помощь в организации — я с удовольствием.

Сергей СЕМЕНОВ:
— Я бы поспорил. Если мы хотим создать медиацию как специальную службу, нужно судей от нее отстранить. Вы же знаете, к кому люди пойдут – к судьям, а не к медиаторам. И мы заведомо этот институт похороним. Сегодня многие даже специально учатся на медиатора. Думаю, что впоследствии, когда эта служба наберет силу, появятся специалисты более высокого уровня, чем наши коллеги-судьи, к этому вопросу можно будет вернуться. Но на стадии создания я бы воздержался. Наша задача все-таки – медиаторам помогать, а не становиться самим медиаторами.

Кадомцев сайтИгорь КАДОМЦЕВ, председатель правления некоммерческого партнерства «Центр судебной экспертизы и медиации» (на фото):
— Три года действует этот закон, можно анализировать долго его достоинства и недостатки, но пока он не заработает на практике, в полной мере бреши не увидишь. Думаю, что мы будем ошибаться, где-то идти не по тому пути. Но для нас важно – как тот корабль на воду спустить, чтобы увидеть, где протекает. Пока нет правоприменительной практики, говорить о чем-то сложно.

Вопросы от журналистов:

— Чтобы человек вошел в «комнату примирения» к медиаторам, сколько надо заплатить?

Игорь КАДОМЦЕВ:
— Нисколько. Сейчас платить не нужно. Для нас сегодня это исключительно научно-практическая деятельность. Мы – люди, состоявшиеся в определенных отношениях, имеющие опыт, и нам самим очень интересно сказать в этой области свое слово. Будет развиваться институт медиации, значит… Но пока это для нас – общественная деятельность. По крайней мере я отвечаю за то объединение людей, которое представляю, и за себя лично. Поэтому бояться не надо – зайдя в этот кабинет, новых обязательств вы не приобретете.

— Какие правовые последствия наступают после встречи с медиатором, какой либо появляется документ?
— После беседы как таковой никакой документ не предполагается – лицо не обязано будет подписывать ничего. Однако законом предполагается в случае согласия обеих сторон заключить соглашение о проведении процедуры медиации. Это если говорить о правовых последствиях. То есть, в спор входит новый субъект – медиатор, который ознакомится с позициями сторон, даст соответствующие рекомендации, проведет консультации, встречи. На этом этапе возможно привлечение экспертов, специалистов в узкой области по данному правовому вопросу.
Медиатор организует процесс примирения, переговоров. При этом данный процесс может ничем не закончиться. Стороны по разным причинам могут не договориться, признать, что им все-таки лучше обратиться в суд и закончить процесс именно судебным решением. Или же он может закончиться подписанием медиативного соглашения. Причем, если данное соглашение подписывается сторонами до обращения в суд, то приобретаются последствия, как у простой гражданско-правовой сделки. Если к медиатору обратились уже в ходе судебного спора, то данное медиативное соглашение по закону может быть утверждено судом и будет носить статус мирового соглашения, иметь весьма весомые последствия. Даже если стороны обратились к медиатору до обращения в суд, то у гражданско-правовой сделки при последующем обращении в суд появятся также соответствующие последствия. Каждая из сторон будет заинтересована в ее исполнении, т.к. понимает, что судьи станут исходить из того, что между сторонами существовало соответствующее соглашение, возникли обязательства и права.

— Хоть одно медиативное соглашение уже заключено в Амурской области?
— Да соглашения были заключены, медиаторы работают. Но не в суде.

Светлана АНТОНОВА:
— Мы со своей стороны будем предлагать всем лицам, участвующим в деле, обращаться непосредственно в «комнату примирения». Этой комнатой могут воспользоваться и те граждане, которые участвуют в судах общей юрисдикции.

Сергей СЕМЕНОВ:
— Я не в обиду, это может быть не для камеры, очень по-доброму: если мы будем открывать такую комнату, то будем что-то такое делать (показывает на просторный зал президиума, где проходит встреча – прим.ред.). У нас очень ограниченные возможности, признаем – арбитражный суд получше живет. Но, тем не менее, я бы призвал, чтобы медиационные помещения были более солидными. Чтобы люди туда приходили и чувствовали внимание со стороны суда. Вот этот зал суда как раз подходит.

— Светлана Александровна, это была ваша обязанность – открыть такую комнату или вы, так сказать, создали ее добровольно?

Светлана АНТОНОВА:
— Мы содействуем укреплению на территории Амурской области повышению правовой культуры и укреплению уровня правосознания. Чтобы будущие поколения учились на нашем примере не ссориться, не доводить дело до суда по каждому пустяку, а уметь договориться. Такие комнаты если еще не во всех регионах Дальнего Востока, но во многих арбитражных судах Российской Федерации они уже открыты, по возможности и на большей площади. Мы наоборот посчитали, что пока пусть это будет маленькое уютное помещение с диванчиками, где можно посидеть и поговорить тет-а-тет.

— К медиатору сразу две стороны должны прийти или можно по одиночке?

Игорь КАДОМЦЕВ:
— Достаточно обращения одной из сторон. Закон предполагает подготовку обращения одной стороны к другой с предложением, с предварительными условиями. Если стороны заинтересованы и ведут себя добросовестно, процесс продолжается.
Мы выпустили около двадцати специалистов. Это профессиональные юристы, люди, занимающиеся научной деятельностью в области юриспруденции, преподаватели вузов, сотрудники кафедр, адвокаты, арбитражные управляющие. Я приглашаю всех, кого мы обучили, и тех, кто еще не обучен, но желает заниматься этой деятельностью – давайте работать вместе, сотрудничать. Думаю, нам тесно не будет.

Оставить комментарий