znai-svoi-prava@yandex.ru \ zsp-2017@yandex.ru

Архив: № 1 (64) 2014 г.
Рано закрывать газету, рано…

Ольга ПЕТАЙЧУК, редактор

Петайчук сайтО том, как неласково встречают журналистов чиновники от здравоохранения и  как общественный совет при минздраве приступил к работе

Прошло более 5 лет с момента, когда первый номер газеты «Знай свои права!» вышел в свет. Что газете столько лет – верится с трудом. С трудом, видимо, потому, что каждый год ее существования давался, как последний. Вернее сказать, каждый новый номер. За спиной редакции никто не стоит и не подкармливает – каждый рубль на издание приходится добывать самим. Согласна, что многие СМИ именно так сегодня и живут, но я хочу поговорить именно о той газете, которую вы держите в руках. Только благодаря заявленной цели – правовое просвещение населения – «Знай свои права!» смогла объединить различные правозащитные структуры, которые и образовали редакционный совет (персонально его состав обозначен сразу под названием газеты). Благодаря его участникам газета имеет финансовую поддержку, ведь в продажу номера не поступают – хозяева киосков считают, что продавать ее не выгодно. Все это говорит о нестабильности ситуации, поэтому перспективы развития остаются всегда туманными. Чтобы запустить газету в продажу, нужно увеличить финансирование в три раза, и так – на протяжении года. Только тогда появится перспектива «раскрутки» и продаж.

Без перспектив
Признаюсь, декабрь ушедшего года воспринимался мною практически, как последний месяц  жизни газеты. Кроме постоянной неуверенности в завтрашнем дне, усугубил ситуацию выход из состава редсовета трех наших постоянных партнеров, что, соответственно, повлекло уменьшение финансирования. Поэтому новый 2014 год оказался достаточно грустным – решение о закрытии газеты окончательно вызрело. Но оставалось одно но… Закрыть газету самолично я, хоть будучи и редактором и учредителем в одном лице, без уведомления об этом редакционного совета не имела права. Без него газета не продержалась бы и года. Можно сказать, что все его члены являются если не совладельцами газеты, то сподвижниками, и каждый в своей степени – соиздателем. Поэтому сразу после праздников редсовет был созван – для решения дальнейшей участи газеты. Учитывая, что каждый его член несет определенное бремя ее содержания (а финансовое благополучие многих вряд ли позволяет тратить деньги на сомнительные и бесперспективные проекты), я была уверена, что хоть кто-то да выскажет свои сомнения в целесообразности дальнейшего выпуска газеты. Учитывая свое собственное настроение и видимую безысходность, я на это даже надеялась – была готова поддержать эти сомнения и предложить закрыть проект под названием «Знай свои права!». Для пущей убедительности я рассказала о том, что в дальнейшем газете вряд ли стоит рассчитывать на получение поддержки в виде грантов от амурского правительства. Победа в конкурсах социально значимых проектов в сфере правового просвещения для некоммерческих организаций приносила немалую долю в финансовую составляющую работы редакции. Но после того, как редактор газеты, то есть я, активно поучаствовала в выборах Свободненского городского Совета народных депутатов и главы Свободненского района в качестве представителя оппозиционной партии и показала в них очень даже неплохие результаты, думаю, что ждать очередной поддержки не стоит. Во всяком случае осенние гранты уже прошли мимо газеты.

Правосудие
и справедливость
В довершение ко всему я поделилась с редакционным советом своими мыслями в отношении того, что больше не имею морального права учить народ «уму разуму» –  рассказывать,  как надо защищать свои права, если не смогла защитить свои. Во время выборов мне пришлось заполнить печатную форму нескольких заявлений своей рукой (подпись под ними стояла самих заявителей). Сначала Свободненский городской суд счел это нарушением, затем его поддержал Амурский областной суд, а на днях и судья Верховного суда отказался рассматривать кассационную жалобу. В общем, теперь понятия «правосудие» и «справедливость» разошлись для меня в разные стороны. Вера в возможность защитить свои права рухнула, еще более утвердив меня в решении прекратить выпуск юридической газеты.

Редсовет
решил иначе
Но не тут-то было. Редакционный совет отказался принимать мои доводы о невозможности выпуска газеты. Никто не предложил ее закрыть, наоборот. Кто-то предложил обсудить вопрос о поднятии стоимости договора услуг, кто-то заявил об увеличении своей печатной площади. А вопрос о справедливости правосудия вызвал у присутствующих лишь грустные усмешки – члены редсовета поделились своим печальным опытом. В общем, «добро» на прекращение деятельности я не получила. Только поэтому, уважаемые читатели, вы и держите сейчас в руках этот номер.
Готовясь к выпуску, мое настроение из упаднического постепенно стало превращаться в рабочее. Появилось стойкое осознание того, что рано закрывать газету, рано… Ведь далеко не всегда материальный момент играет решающую роль – понимание того, что продукт твоего труда нужен людям, порой аккумулирует новые силы. Так и произошло на этот раз. Поводом к такому «возрождению» на этот раз послужил материал о создании при минздраве области общественного совета. Его цель, согласно положению – проведение совместно с министерством независимой оценки качества работы государственных учреждений здравоохранения (больниц, поликлиник и т.д.). Сам по себе факт создания такого органа уже вызывает внимание – ситуация с медицинской помощью далека от совершенства. Поэтому контроль со стороны общественности очень даже не помешает.
Видимо, также считают и в министерстве здравоохранения, раз не только одними из первых (по словам сотрудников самого министерства) приняли решение об образовании такого совета, но и через пресс-службу правительства в декабре направили в СМИ информацию о принятии заявок от общественных организаций, желающих в нем работаь. Одним словом, начало процесса выглядело достойно. До момента первого заседания уже сформированного совета. Следуя логике, я сделала вывод, что деятельность такого совета должна быть максимально открытой и гласной для всех граждан. Как оказалось, здесь я была не права. Никак не думала, что мое появление как журналиста на первой встрече членов совета будет нежелательным, а сам процесс согласования присутствия займет столько времени. И потрачено сил было немало – столько, что не рассказать об этом я просто не могу, иначе получится, что полдня рабочего времени пропало бесцельно.

Ну очень
тайный совет
Первый звонок я сделала в пресс-службу правительства. Сразу же получила обескураживающую информацию о том, что проводится не заседание совета как таковое, а рабочее совещание, на которое пресса не приглашается. В ответ на мой вопрос – а как же тогда гласность? – меня перенаправили в минздрав. Там с сотрудниками пресс-службы согласились, но при этом сообщили, что будет присутствовать «Альфа-канал», который и донесет всю необходимую информацию до телезрителей. Мое желание присутствовать самой в качестве журналиста своего издания во внимание принято не было. Ситуация начала складываться тупиковая: пресс-служба отправляет решать вопрос в минздрав, тот в свою очередь – обратно. В связи с тем, что звонков и туда и туда было сделано немало, из чьих уст что звучало – не помню. Поэтому без привязок к личностям опишу полученную информацию в целом. По утверждению моих собеседниц, рабочее совещание и не должно проходить открытым для прессы.  Названо было много причин: и что оно первое (люди еще не познакомились), и что присутствие журналистов помешает ходу совещания (члены совета не успели разобраться в предстоящей работе), и что будут обсуждаться лишь рабочие организационные вопросы, не представляющие интереса для широкой публики (выборы председателя, разъяснение работы с компьютерными программами, обсуждение плана деятельности).

Стульев
не хватит!
Ни одна из причин, по моему мнению, не являлась той, ради которой стоит закрыть двери перед носом у журналистов. Поэтому дальше я услышала еще более любопытные «аргументы». Оказывается, что «так принято — проводить рабочие совещания  без прессы». И это мне не показалосьубедительным. Кем принято, кто так решил? Ответ поверг в шок – люди! И это мне говорит человек, работающий в правительстве! Не удержалась – провела по телефону краткий юридический ликбез: существуют два вида заседаний (совещаний и т.д.) – открытые и закрытые. На открытом заседании имеет право присутствовать кто угодно, в том числе и пресса, на закрытом – только члены органа, проводящего свое собрание. Но если заседание закрытое, то должно быть основание этого – приказ, положение о работе данного органа, протокол. Но никак не объяснение, что «у нас так принято» или «начальник сказал». (Господа, ну надо уже учиться в рамках закона работать, а не как привыкли!). После моих объяснений в разговоре повисла пауза, видимо, полученная информация осмысливалась. Я в этот момент сообщила следующее – несмотря ни на что, собираюсь прийти на совещание. И тут мой собеседник пустил в ход, совсем запрещенные приемы: «Так вы не сможете пройти в здание правительства – у нас пропускной режим!» – обрадовано раздалось в трубке. А потом я услышала и совсем «убийственный» довод: «Стульев в кабинете не хватит – он маленький!». На мое предложение внести стул из приемной, опять повисло молчание, но почти тут же проблема «решилась» традиционно: «Мы этот вопрос не решаем, обращайтесь к начальству».

«Тяжелая артиллерия» —
в действии
В принципе, на этом можно было и закончить бессмысленную полемику. Мои собеседницы не знали, что у меня, кроме удостоверения СМИ есть еще и удостоверение, дающее право беспрепятственного входа в правительственное здание. Можно было пройти в назначенный кабинет, принести стул и посмотреть, как меня – представителя  СМИ – стали бы выгонять. Наверное, вызвали бы охранника. Вот мог материал получиться про общественный совет при минздраве! Но не хотелось мне этого делать, появился даже интерес – неужели мирным путем вопрос не решить? Какой механизм сработает? Вариант со СМИ не прошел… Хочешь – не хочешь, но пришлось призывать на помощь «тяжелую артиллерию» – звонить  депутату Заксобрания от ЛДПР Сергею Абрамову, общественным помощником которого я являюсь. «Супертяжелую артиллерию» – депутата  Госдумы от ЛДПР Ивана Абрамова (помощником которого я тоже являюсь) решила пока не беспокоить – вдруг, да разум чиновников и инстинкт самосохранения все же возьмут вверх?  В результате сначала я получила сообщение от Сергея Николаевича о том, что он обратился к самому министру здравоохранения Николаю Тезикову (наверное, несчастен тот министр, чьи подчиненные не в силах решить такой простой вопрос). Через несколько минут раздался звонок, и меня любезно пригласили посетить совещание и даже поинтересовались, не нужно ли мне организовать пропуск в здание. Как мне показалось, проблема наконец-то решилась. Но я опять ошибалась…

А ошиблась я в том, что подумала: все, вопрос о моем присутствии на общественном совете решился. Ничего подобного. Меня действительно пропустили в кабинет минздрава, позволили вместе с двумя телеканалами записать короткое интервью заместителя министра. Но после этого очень корректно объяснили, что дальнейшее присутствие прессы нежелательно, и телевизионщики покинули помещение. Я же осталась, потому что мое намерение подробно рассказать своим читателям о деятельности совета осталось непоколебимым.

Совет проголосовал
«за» гласность
И вот тут мне преподнесли припасенный чиновниками «сюрприз» — членам совета сообщили, что на их первой встрече хотела бы поприсутствовать я – как представитель прессы и партии. Меня попросили представиться, а общественников  – проголосовать,  согласны ли они с этим. Таким образом, ответственность за непредоставление журналисту возможности освещать работу общественного совета была переложена на сам совет. В принципе это логично. Если бы не одно но… Готовясь к походу (иначе уже и назвать не могу – настолько это оказалось непростой и длительной процедурой) на совет, я успела познакомиться с необходимыми документами, выложенными на сайте минздрава. В пункте 15 Методических рекомендаций (приложение к приказу Минздрава РФ от 31.10.2013 №810а) сказано: «при проведении заседаний общественного совета обеспечивается их открытость и публичность, в том числе посредством привлечения средств массовой информации на заседания общественного совета…». Таким образом, мое стремление освещать работу общественного совета – прямое выполнение рекомендаций Минздрава России. Но обратите внимание: мне постоянно говорили, что проводится именно «рабочее совещание», а не «заседание». Видимо, пытаясь обойти данный приказ. Но на рабочем заседании не проводится голосование членов совета, не избирается председатель и т.д. И даже если бы члены совета проголосовали против моего присутствия, то это решение было бы незаконным, потому как «закрытых» заседаний в Положении, регламентирующем его деятельность, не предусмотрено. В общем, запудрить мозги мне не получилось, и я была полна решимости сидеть в кабинете до победного конца (тем более, что свободных стульев оказалось вполне достаточно).
Но замысел чиновников «Не пускать любой ценой!» дал сбой и без моего сопротивления. На призыв проголосовать тут же активно отозвалась один из членов совета, которая высказалась против моего присутствия, но подавляющее большинство подняло руки «за». Большое спасибо за это Владимиру Горпиничу, который заявил о необходимости гласности в работе совета. В результате меня даже посадили за общий стол и выдали все рабочие бумаги.

Благие намерения
и дорога в ад
Вот таким образом я наконец-то оказалась на первом заседании общественного совета при минздраве. Думаю, что на этот орган возлагаются серьезные надежды – все мы сталкиваемся с системой здравоохранения. И понимаем, что она – в полном кризисе. Без внимания и контроля со стороны общественности и прессы ситуация будет только ухудшаться. Это понимают и на высшем уровне, раз решили заняться контролем качества, и в нашем минздраве тоже вроде бы… Но почему тогда такие препоны для журналистов? Или опять мы получим хороший закон, благие намерения и результаты, исполненные на бумаге и формально? А на деле – дорога в ад… И это не в переносном смысле – многие граждане, столкнувшись с качеством оказания медицинской помощи, со мной согласятся. Чтобы этого не случилось, надо работать вместе: и чиновникам, и общественникам, и журналистам. Не закрывать двери, а наоборот – открывать. Тогда и понимания будет больше, а таких статей – меньше. Ну не было у меня планов писать о том, что чиновники такие-сякие. Я просто, выполняя свою работу, хотела попасть на заседание совета. Кстати, прошло оно по плану и вполне результативно. Никаких негативных эмоций и нареканий у меня не вызвало. Наоборот, я увидела, что члены совета готовы приложить все свои усилия для решения поставленных задач. Но об этом чуть позже.

Да, будет больно,
но делать надо
Заканчиваю же тем, что, уходя с так называемого рабочего совещания, а на самом деле первого заседания совета, замминистра попросила зайти к ней в кабинет. Что я и сделала. Мы поговорили достаточно конструктивно – она рассказала о профессиональных проблемах, которые беспокоили ее, я поделилась своими. И надо сказать, после этой встречи мной было принято решение не рассказывать на страницах газеты о некоторых моментах процесса попадания на заседание совета, опустить фамилии и номера телефонов — в общем, я посчитала возможным несколько снизить градус своего негодования. Но до сих пор не могу понять, почему так все не хотели моего присутствия? По привычке, что журналисты могут написать что-то лишнее и переиначить на свой лад полученную информацию? Ну и такое может быть – все ошибаются, везде есть неважные специалисты и непорядочные люди. И в журналистике, и в медицине. Но когда мы приходим на прием, нам порой врач говорит: будет больно, но это надо сделать, иначе вам же будет хуже. И мы соглашаемся, отдаемся в руки медиков. Точно так же и со СМИ. Да, может быть, вам этого и не хочется, и даже будет неприятно, и даже больно, но это надо сделать! Надо, чтобы СМИ освещали события, писали не только о хорошем, вскрывали, как и вы, гнойники, вытаскивали наружу негатив  – иначе будет плохо всем. И не одному человеку – всему обществу. Только гласность и открытость могут вывести наше государство на новый качественный уровень. На уровень гражданского общества,  где не чиновник правит бал, а народ. Где законы принимаются не ради отдельных личностей, а ради всех людей. Поэтому я буду рассказывать о работе совета и дальше, потому что вижу в нем росток этого самого гражданского общества. И очень надеюсь, что мне больше не будут чинить никаких препятствий. Похоже, что действительно: рано закрывать газету, рано…

К сожалению, только сейчас удалось добраться до самого заседания общественного совета. Кстати, в информации, распространенной пресс-службой правительства, оно значится как заседание, а не рабочее совещание (хотя именно этим различием, как я уже отмечала, пытались аргументировать нежелательность присутствия на нем журналистов).

Открыла заседание замминистра здравоохранения Амурской области Наталья Климова, в качестве секретаря и координатора была представлена начальник отдела Татьяна Алькова. Председателем совета избрана Ольга Дворникова, заместителем председателя – Владимир  Горпинич. Общественный совет создан в соответствии с Указом Президента  РФ «О мерах по реализации государственной социальной политики» и Постановлением Правительства РФ «О формировании независимой системы оценки качества работы организаций, оказывающих социальные услуги».
Цель совета — формирование оценочной системы и проведение независимой оценки качества оказания медицинской помощи населению в амбулаторно-поликлинических организациях и стационарах. Критерии оценки будут характеризовать комфортность условий и доступность получения медицинских услуг, время ожидания в очереди и др. Учитывается  также доброжелательность, вежливость и компетентность работников медицинской организации. Затем будут сформированы рейтинги качества работы медицинских организаций, рассмотрены предложения и замечания, сформированы рекомендации по улучшению работы.
Информация о деятельности общественного совета должна быть размещена на официальном сайте  минздрава области в разделе «Независимая система оценки качества работы медицинских организаций».
В качестве первых шагов члены совета наметили проведение анкетирования качества предоставления медицинских услуг. Анкетирование пройдет с помощью общественных организаций, анкеты должно предоставить руководство медицинских учреждений. Ответить на вопросы смогут и обычные пациенты на правах анонимности, в том числе и с помощью сайта. В течение февраля совет планирует собраться еще раз — проанализировать  результаты и при необходимости скорретировать свою работу.

Состав общественного совета (избран на два года):

О.Дворникова (член правления Амурского областного союза женщин, председатель женсовета Благовещенского района), А.Светличная (председатель Ассоциации многодетных матерей Амурской области), Е.Пучкова (управляющая Амурским региональным Фондом правовой безопасности и стратегического решения проблем), В.Лештаева (сопредседатель Амурского регионального отделения Народного фронта «За Россию»), Е.Самбур (председатель Амурского регионального отделения Союза пенсионеров России), Е.Пушкарев (председатель комиссии по социальным вопросам и здравоохранению Общественной палаты Амурской области), В.Казакова (член Совета Благовещенской гopoдской общественной организации «Ассоциация пожилых людей»), Г.Попова (председатель Благовещенской городской общественной организации «Сотвори добро»), В.Горпинич (член Благовещенского городского совета ветеранов).

Оставить комментарий